Философские и культурные взгляды Ш. Кудайбердиева в становлении и распространении ислама в истории казахской степи

0
5929

 

Выдающуюся роль мировых религий в социально-культурном прогрессе сыграла развитие классической философии и культурологии. Суть цивилизационного подхода к истории (вместо устаревшего формационного) заключается в признании определяющего значения духовного фактора в общественной эволюции.

Культура вовсе не является пресловутой надстройкой над экономическим базисом, наоборот, она выступает предпосылкой и глубинной причиной всех социально-экономических и политических феноменов. Наступило время, «когда феномен культуры, как никогда ранее, начинает осмысливаться как явление, пронизывающее все элементы человеческого бытия» [1, с. 12].

Исламская культура была связана с пониманием единого Бога – Аллаха, а также, она и есть результат развития и дифференциации религиозного культа.

Роль «твердого ядра» в любой традиции исполняет основополагающий священный текст; подлинная культура (а не эрзац-культура) неотделима от этики, от «морального закона во мне» (И. Кант), который, в свою очередь, может быть объясним только трансцендентным порядком.

Религия в системе культуры служит идеалообразующим фактором, «сердцем» традиции. Безусловно, следует отличать саму религию от отклонений, профанации, ложных ее реализаций

Духовная культура на территории Казахстана в период распространения ислама была сложна по своей специфике степных тюркизированных племен и государств.

В этот период казахская духовная культура переживала экономический и политический подъем и упадок, которая была связана с завоевательными походами могущественных государств и Великим Шёлковым путем.

Исламизированная кочевая культура, представляя собой более высокую, цивилизованную стадию номадизма, выступала субкультурой в рамках универсальной мусульманской цивилизации.

Как и в феномене исламско-африканского синкретизма [3, с. 58], в исламско — казахском синкретизме древнейшие культурные пласты относились к периферийному элементу, тогда как роль центрального системообразующего элемента принадлежала исламу. Кочевой ислам тяготел к суфизму.

Проблема синтеза номадизма (в частности, в таком его аспекте, как батырство) и суфизма представляет большой интерес. Поэтический склад души, природное рыцарство, героическая натура номада объективно сближали его с харизматиками — суфиями: «великие праведники в своем триумфальном шествии подобны великим завоевателям»[2, с. 112].

Возникало своеобразие и в формах бытования религии. В исламизированной кочевой культуре юрта становилась многофункциональной, будучи уже не только жилищем, но и передвижной школой-медресе, храмом (мечетью), библиотекой и т.д.

Не смотря на мусульманские законы на территории Казахстана развивалась открытая, светская мусульманская идеология в системе «суфизма», основоположником которого стал Ахмед Яссауи.

Став духовным ядром традиции, ислам дал казахскому народу этику, науку, просвещение, идеологию. Идеалообразующая, культурообразующая роль средневекового ислама для всех народов была чрезвычайно важной: как развитая религиозно-мировоззренческая система, восходящая к традиции авраамитского монотеизма, ислам указывал индивиду глубокий, трансцендентный смысл его земного существования из веры в Единого Бога-Аллаха и в духовные основы его личности.

Казахский канонический идеал мужа-героя «мұрт» (или «ер») являлся национальной переработкой исламско-суфийского идеала «совершенного человека» («инсан камил», «жуванмард»).

Рост национального самосознания выражался идеями – религиозности и просветительство. Вот почему большинство писателей, имамов, муфтиев принимали активное участие в просветительском движении в начале ХХ века, получившим окончательное оформление в джадидизме.

Эти представители сохраняли традиции и обычаи исламизации, но и не отрицали успехи европейской культуры, которые представляли интеллектуальную элиту после эпохи Просвещения в Европе, среди которых ярким представителем был – Шакарим Кудайбердиев и Ахмет Байтурсынов.

Я  в своем научном труде хотела бы раскрыть главную суть духовной личности ислама на территории Казахстана в роли Шакарима Кудайбердиева который вложил для казахского шаруа очень большой вклад, через классическую казахскую литературу понятии ислама.

Шакарим, чтобы рассеять свое смятение, пытается в духе времени революционно решить этот вопрос. Как знаток персидской литературы и переводчик Хафиза, Шакарим знал, что всё суфийское учение основывается на любви. Тему любви с религиозной точки зрения признавал сам Абай — наставник Шакарима, которому поэт подражал во всем.

Но, когда вокруг кровопролитные войны, трудно убеждать себя и читателя, что любовь спасет человеческую душу. Поэтому Ш. Кудайбердиев убежденно меняет полюса суфийского учения, и божественную любовь заменяет человеческим разумом.

Шакарим Кудайбердиев завершает путь истории казахской литературы и исследовании исламизации после Абая в конце XIX веке, соединяя реалистические, гуманистические и демократические традиции с новым временем, как бы передавая их в дальнейшие надежные руки.

Философская лирика Шакарима определялся в его суфийских мировоззрениях. Шакарим сам не был суфием и не считал себя суфийским поэтом, но его стихи и взгляды на казахское общество представляли ведение мира с суфийской интерпретацией.

Чтобы познать новые научные достижения Шакарим даже отправляется в паломничество в Мекку, в своей автобиографической поэме «Жизнь забытого» пишет о новых научных достижений Восточных энциклопедистов.

Шакарим хотел чтобы казахский народ изучая ислам суфийского толка всегда оставался свободным, придерживался светской культуре западников чтобы не становились фанатами религиозного верования, а понимали обычаи, традиции в системе культуры.

Языковая картина мира его поэтических текстов состояла из элементов суфийской поэзии. Эти идеологий были связаны потому, что Шакарим жил сам в период войны, революции, колониального гнёта со стороны царской России, во время надежд и краха – вот почему все творчество Шакарима Кудайбердиева подпитывала идеи суфийской философии.

Эти идеи вдохновляли, сплетали нить праведной жизни, рисовали светлое будущее, заполняли смыслом происходящее казахскому народу.

Одно из главных научных достижений Шакарима можно рассмотреть в его произведении «Три истины». [3, с.80].

В своей работе Шакарим Кудайбердиев рассматривает    вопрос о смысле жизни, о предназначении человека связан с изучением души человека. «Удивляюсь тем, кто говорит, что нет души и нет жизни после смерти»- пишет он. [2, 54]. Он отводит душе особую роль в жизни человека и связывает ее проявление с Божественным.

Шакарим верит в первопричину всего сущего, а именно во  Всевышнего: «Причинные истоки всего существующего – в безмерности познания, могущества и искусности творца» [2, c. 45]. Видимо,  поэтому бессмертие души Шакарим видит в следовании трем истинам: скромности, справедливости и доброты, которые он объединял в одном понятии «уждан – совесть».

Шакарим утверждает, что душа является такой сущностью, которая никогда не исчезает, не поддается порче, с каждым разом все совершенствуется, идет к возвышению. Излагая свои мысли о трех истинах, а именно о материалистическом мировоззрении,  теологическом миропонимании и достоинстве личности, Шакарим неразрывно связывает  душу человека с проявлением совести. Это идея красной нитью проходит через все его творчество.

Совершенствование души человеческой  Шакарим видит в проявлениях совести как потребности души. Он искренне верит в то, что душа существует и исчезает после смерти человека. Шакарим убежден, что «если человек в полной мере уверует в посмертную жизнь души и в то, что совесть ее первейшая потребность, тогда ничто не сможет сделать его сердце черным и черствым…» [3, с.76].

Проявление души Шакарим связывал с таким явлением как энергия. С этим же источником философ связывает природу возникновения таких явлений психологической действительности как магнетизм, спиритизм, телепатия, фахризм, лунатизм, сновидения. На примерах и весьма образно он раскрывает их сущность, опираясь в основном на полемические высказывания ученых Европы. В изучении данного вопроса следует отметить грамотный исследовательский подход, обоснованность  суждений Шакарима  и доказательность утверждений в  собственной интерпретации.

Примечательно то, что Шакарим пытается доказать единство души и тела. И ему это удается: «Хотя душа и тело чужды друг другу, произошли врозь, они при совместном существовании не обходятся без взаимного влияния [2, c. 30]. Сейчас многие психологи объясняют болезни тела как причинно-следственную взаимосвязь с душой, с эмоционально – волевой сферой личности,  с проявлением таких эмоций как обида, презрение, ненависть, ревность, гордость и т.д.

Совершенно справедливым является  суждение Шакарима  о том, что «при возбуждении души тело может быть ввергнуто и в трудные ситуации. В какие то моменты неожиданно — огромная радость, страх, нагрянувшее горе способны даже убить человека» [2, c. 30]. Он считает, что такие эмоции как обида, ненависть, любовь – это воздействие души, проявление которого может моментально отразиться на лице человека.

Но, не смотря на все противоречия, встречающиеся в «трех истинах», одна заслуга Шакарима остается несомненной, а именно то, что философ настойчиво призывал мыслящих людей неустанно искать пути избавления человечества от пороков. По этому поводу, неустанно повторял он, было высказано и еще больше будет сказано заслуживающих внимания идей. И, как мы с вами можем видеть, в этом великий казахский философ не ошибся.

Сердцевина идей Шакарима – это духовно-нравственное воспитание подрастающего поколения. Поэт не требовал революционных изменений в обществе, он надеялся преобразить человеческую жизнь через облагораживание души и духовных потребностей ислама через классическую литературу.

Он был убеждён в необходимости нравственного очищения людей для построения нового общества. Задача родителей и педагогов, по мнению Шакарима, — уберечь юные души от дурных влияний. Плохие привычки легко закрепляются и от них трудно избавиться, поэтому с раннего детства надо прививать человеку правила нравственного поведения.

Добродетели, напротив, требуют постоянных усилий духа воспитуемых. Отдалённость результатов, не сиюминутность отдачи правильного поведения заслоняют от детей значимость моральных заповедей: «Неискушённость, малый жизненный опыт подталкивает молодёжь идти на поводу у чувственных влечений и предпочитать эгоистические желания общественному долгу», — писал Шакарим в философских думах «Сад подснежников».

Если с детства не прививать навыки  нравственного поведения и не упражнять воспитанников в правильных моральных поступках, позднее ни самые сильные внушения разума, ни требования чести и долга не в силах будут изгнать дурные навыки.

Всякий обязан стремиться к достижению идеала, пусть даже и не дойдёт до цели, но находиться на верном пути  — залог успеха. Нравственные нормы и правила поведения через ислам классической литературы не должны быть чем-то внешним, они должны стать глубоко личностными качествами растущего человека и только в этом случае выполнят своё назначение.

Значит, главная цель нравственного воспитания и самовоспитания, согласно Шакариму, — необходимость формирования в человеке внутренней потребности к активному утверждению в себе высокой морали, духовности, религиозности.

Соотнося творческое наследие Шакарима Кудайбердиева с нашим временем, необходимо заметить, что это наследие является настоящим достоянием национальной культуры и философии казахского народа.

Но до сих пор до конца не изучены их труды, которые, на наш взгляд, достойны большего внимания, чем уделяется ими сегодня.

Но несмотря, ни на что, прогрессивные идеи Шакарима Кудайбердиева, спустя столетия остаются актуальными.

Шакарим Кудайбердиев через призму исламской культуры большое внимание уделил на духовно-нравственное воспитание подрастающего поколения. Поэт не требовал революционных изменений в обществе, он надеялся преобразить человеческую жизнь через облагораживание души и духовных потребностей ислама через классическую литературу эти все вопросы сейчас на столько стали актуальными потому что новый взгляд на исламский мир делает его сложным в системе шовинистических, террористических и др. действий связанная с обществом.

Он был убеждён в необходимости нравственного очищения людей для построения нового общества. Задача родителей и педагогов, по мнению Шакарима, — уберечь юные души от дурных влияний. Плохие привычки легко закрепляются и от них трудно избавиться, поэтому с раннего детства надо прививать человеку правила нравственного поведения.

Шакарим Кудабердиев в том будущем, от которого его отделяло тогда целое столетие, сумел увидеть подлинное содружество народов, вопрос которого сейчас остро стоит во внешнеполитических отношениях нашего государства; а также социальный прогресс и культурное развитие казахского народа, он полагал, что все это станет реализовано благодаря прогрессивному воздействию слияния культур русского и казахского народов.

Взгляды Шакарима актуальны именно сегодня как никогда, потому что общество молодежи начала деградировать в нравственном, бездуховном направлении, а наши ученые и поэты призывали не быть фанатами религии, а понимать смысл культурного и философского направления исламской религии и культуры.

 

Список использованной литературы:

1.Волков Г. Этнопедагогизация современного воспитания // Мир и образование, 1997- №2, с. 66-71

2.Алем: Альманах. – Алма – Ата: Жазушы, 1991. Изд.1. – 448с.

  1. Кудайбердиев Ш. Три истины.-Алматы: Казахстан, 1991.-80 с.
  2. Правда Шакарима //Зерде — научно-популярный журнал Казахстана. — 1999.  — П. — С.34-36. — На каз.яз.
  1. Шакарим Кудайбердиев. Творческая биография /Методическое пособие/ — Алма-Ата, 1989.

 

Касенов Бахтияр Айтбаевич  

Магистр педагогики, магистр права, преподаватель социально-экономических дисциплин Высший технический колледж, г. Щучинск (Республика Казахстан)

 


ПІКІР ҚАЛДЫРУ